хронический боянчег
15 марта 1940 года Герман Гёринг (не путать с 
goering) заявил, что германским церквям достаточно сотни-другой колоколов, а остальные пустил в переплавку на военные цели.
Кстати, захватив Воронеж, немцы тоже пустили в переплавку местные бронзовые памятники - от Петра Первого (который, кстати, тоже грешил переплавкой колоколов на пушки) удалось спасти только шпагу.
После войны памятник восстановили, и даже приделали к нему шпагу от старого памятника. Правда, в стране был дефицит бронзы, пришлось сделать памятник поменьше и кусок шпаги отпилить для пропорции. А после развала СССР пришел буржуй с ананасами и рябчиками, нажрался сука своих шампанских и испохабил задний план памятника до полного безобразия с позывами в блевоту.
По легенде, памятник Ивану Никитину уцелел анекдотическим образом - немецкая комиссия, отбиравшая объекты для переплавки, обратилась к проходящему мимо памятника старому еврею Исааку Киферу:
- Купфер (медь)? - строго спросили фошысты.
- Найн, Кифер (сосна)! - испуганно ответил старик.
Немцы решили, что это деревянный памятник, окрашенный под старую позеленевшую бронзу, как было принято делать в Германии экономными бюргерами, и пошли дальше. А в скверике перед памятником оккупанты устроили кладбище - приглянулась им скорбящая фигура поэта. Что интересно, с разных сторон кладбища на фашистские могилки печально смотрели два воронежских поэта - Кольцов и Никитин.
Кольцов был мраморный, посему ценности для Рейха не представлял.
А с высоты постамента на немецкое кладбище взирал Владимир Ильич Ленин, призывно указуя незванным гостям на их место (кладбище) правой дланью. Что еще более интересно, фашисты не стали декоммунизировать и сносить памятник Ленину, а вместо этого использовали его в качестве виселицы.
Правда, при отступлении немцы таки забрали памятник с собой на добрую память (14 тонн цветмета не хуй собачий), но автор Томский восстановил статую по старым эскизам, и правая рука Ильича по-прежнему провокационно призывает кого-нибудь на ней повесить КМПВ.
После освобождения Воронежа горожане устроили субботник по вывозке немецких трупов из центрального сквера за город, ибо трупы представляли собой источник заразы, а весь сквер был усыпан крысиными норами. Где их закопали, то мне не ведомо. По разным данным или на заброшенном Терновом кладбище, или в парке "Орленок", или в районе Сосновки. А Никитина передвинули на пару сотен метров, и теперь он стоит возле кинотеатра "Пролетарий".
Уточняю - памятник стоит! Это поэт сидит. Хотя, кто же его посодит...
Ну, за лингвистику! И за цветную металлургию, конечно.
goering) заявил, что германским церквям достаточно сотни-другой колоколов, а остальные пустил в переплавку на военные цели. Кстати, захватив Воронеж, немцы тоже пустили в переплавку местные бронзовые памятники - от Петра Первого (который, кстати, тоже грешил переплавкой колоколов на пушки) удалось спасти только шпагу.
После войны памятник восстановили, и даже приделали к нему шпагу от старого памятника. Правда, в стране был дефицит бронзы, пришлось сделать памятник поменьше и кусок шпаги отпилить для пропорции. А после развала СССР пришел буржуй с ананасами и рябчиками, нажрался сука своих шампанских и испохабил задний план памятника до полного безобразия с позывами в блевоту.
По легенде, памятник Ивану Никитину уцелел анекдотическим образом - немецкая комиссия, отбиравшая объекты для переплавки, обратилась к проходящему мимо памятника старому еврею Исааку Киферу:
- Купфер (медь)? - строго спросили фошысты.
- Найн, Кифер (сосна)! - испуганно ответил старик.
Немцы решили, что это деревянный памятник, окрашенный под старую позеленевшую бронзу, как было принято делать в Германии экономными бюргерами, и пошли дальше. А в скверике перед памятником оккупанты устроили кладбище - приглянулась им скорбящая фигура поэта. Что интересно, с разных сторон кладбища на фашистские могилки печально смотрели два воронежских поэта - Кольцов и Никитин.
Кольцов был мраморный, посему ценности для Рейха не представлял.
А с высоты постамента на немецкое кладбище взирал Владимир Ильич Ленин, призывно указуя незванным гостям на их место (кладбище) правой дланью. Что еще более интересно, фашисты не стали декоммунизировать и сносить памятник Ленину, а вместо этого использовали его в качестве виселицы.
Правда, при отступлении немцы таки забрали памятник с собой на добрую память (14 тонн цветмета не хуй собачий), но автор Томский восстановил статую по старым эскизам, и правая рука Ильича по-прежнему провокационно призывает кого-нибудь на ней повесить КМПВ.
После освобождения Воронежа горожане устроили субботник по вывозке немецких трупов из центрального сквера за город, ибо трупы представляли собой источник заразы, а весь сквер был усыпан крысиными норами. Где их закопали, то мне не ведомо. По разным данным или на заброшенном Терновом кладбище, или в парке "Орленок", или в районе Сосновки. А Никитина передвинули на пару сотен метров, и теперь он стоит возле кинотеатра "Пролетарий".
Уточняю - памятник стоит! Это поэт сидит. Хотя, кто же его посодит...
Ну, за лингвистику! И за цветную металлургию, конечно.